oy_kto_eto: (подозреваю худшее)
Года три назад постила душераздирающую историю о том, как (давным-давно в лихие 90-е) мой сын-первоклассник не получил обещанной награды, потому что на пути к ея завоеванию внезапно обнаружилось новое, прежде не оговоренное условие. И о том, как это новое условие нас таки заставили выполнить, а только награда после этого как-то сделалась не нужна.

А вчера я узнала (если автор захочет, добавлю ссыль) о новой практике допуска к причастию через исповедь. Вашу исповедь, оказывается, могут признать ФОРМАЛЬНОЙ.  На этом основании одного первоклассника чуть было не оставили без Св. Даров – если бы не вмешательство мамочки. Вот ей-то, вмешавшейся маме, и объяснили про формальный характер исповеди молодого человека, мол, не такой, не такой она быть должна! условие допуска к причастию – исповедь НЕФОРМАЛЬНАЯ. Вдругорядь с формальной не суйся.

То есть это я решила мне показалось, что практика новая, и условие новое, прежде не оговоренное,  – а может, она и не новая совсем? Что там у вас слышно на местахъ?
oy_kto_eto: (гертруда)

Абажаю православные эвфемизмы.

Вот, например, в книжке, привезенной Медведем, «Московский старец прот. Николай Голубцов» (книжка, на мой незамыленный такими книжками глаз, достопримечательная, надо бы расшибиться на постинг) дама-мемуаристка пишет о себе –

- «Я порываю с блудом. Господи, благодарю тебя!..» -

Вы, небось, решили, что дама купила себе швейную машинку и ушла с панели? Или по крайней мере дала отскоч любовнику? Или, на самый худой конец, твердой рукой перевела свои с любовником отношения в статус платонических?

Ничуть не бывало.




 

 

(картинка к тексту не имеет никакого отношения, просто красивая картинка из сен-Венсанской церквы  в Суаньи).

oy_kto_eto: (подозреваю худшее)

Если позволите, ещё один культурно-социологический опрос нито загадка.

« Однажды привели к нему — так как он был епископом — девицу, зачавшую во чреве, и сказали: “такой-то сделал это, наложи на них эпитимию”. Аммон, знаменав крестом чрево ее, велел ей дать шесть пар полотен, сказав: “Когда придет ей время родить, не умерла бы она сама, или дитя ее, и было бы в чем похоронить их”. Обвинявшие девицу, сказали ему: Что ты делаешь? наложи на них эпитимию! Он отвечал: “Братия! она близка к смерти! что ж еще делать с нею?” — и отпустил ее.»

Этот рассказ об авве Аммоне приводится в сочинении русского автора середины 19 в. для наглядной иллюстрации неких свойств, душевных особенностей или состояний аввы.

Вопрос – на ваш взгляд, какими душевными свойствами – на основании этого примера – обладал тот древний авва?
И ещё (внимание! Это может быть то же самое, а может быть и не совсем то же самое!) – какие качества, какие душевные черты, по-вашему, мог проиллюстрировать этой историей наш соотечественник, младший современник Пушкина, Вяземского и Жуковского?

Комменты поначалу попрячу.

Апдейт! чутьнезабыласамоеглавное - девушка-то эта (ну, или другая такая же) благополучно родила, и ребеночек ее тоже выжил.

oy_kto_eto: (естьженщиныврусскихселеньях)

Подрядилась написать развернутый комментарий, который даже в рамки одного постинга не влезет. Поэтому ссылок никаких сейчас давать не буду, а дам тогда, когда допишу всё.

Любимый френд нашел в ФБ от игумена Петра Мещеринова такое:


"Раньше я был большим энтузиастом уставных служб и ставил знак равенства между богообщением и таким вот богослужением (я не имею в виду Таинство Евхаристии). Но четверть века клиросного пения и чтения приводит меня (благодаренье Богу!) к другим выводам. Послушайте. Ну это невозможно. Сказать, что это избыточно, «перебор» – ничего не сказать. На самом деле это подмена живой жизни с Богом проговариванием текстов, текстов, текстов... читаем, поём, настраиваем себя, что – вот самое главное и необходимое в христианской жизни, ничего не может быть выше, нужнее, важнее... читаем, читаем, произносим, декламируем, пропеваем слова, слова, слова, святые, так себе, высокие, бездарные, опять высокие, опять бездарные... И это касается не только гимнографии. Невозможно четыре раза читать одно и то же даже Евангелие, ну это слишком, ну дайте же помолчать уже, просто подумать, сосредоточиться в тишине... Нет, читай, читай, читай, ещё раз евангельский отрывок, и ещё раз тот же самый, а теперь ещё тот же самый на Часах, а теперь в составном Евангелии на Вечерне, а ещё Великой Субботой вобьём гвоздь пятнадцатью паремиями, а потом тут же начнём читать Деяния Апостолов, чтобы не умолкать ни на секунду... Это я только про уставные службы. А ещё непонятный язык (и хорошо, что непонятный, а то всё очень быстро бы обнаружилось), а ещё всякие неуставные штучки, типа концертного пения «Ангел вопияше» на литургии Великой Субботы и вообще всего этого спектакля с иконой Воскресения и переодеванием, чего и следа нет в Уставе... Это всё гораздо серьёзнее, чем просто богослужебная архаичность или «наши традиции». Это – многокилометровая преграда между современным человеком и Живым Христом. Это подмена подлинной внутренней жизни во Христе внешней эстетикой, причём на 80% - не весьма высокого и качества (ах, как нам нравится служба Великой Субботы! какие паремии!
etc. – особенно учитывая то, что паремии изначально читались, чтобы заполнить время совершавшегося в тот момент крещения, а если никого не крестили, их и не читали)..." 

- и написал, что об этом думает.
Вот его, френда, возражения, часть первая.


«У меня приблизительно такой же опыт (по продолжительности и интенсивности) чтения на клиросе и участия в службах Страстной седмицы и Пасхи поэтому я могу возразить на равных.
Возражений, по большому счету, три.

1.Первое - аскетическое. Многократное повторение молитв, чтения, мантры (даже мантры!) входит во все (!) аскетические практики. Ну что делать, если человек не бесплотный дух, а и плоть тоже. Связан нейро-гуморальными цепями. Единственный способ растянуть эти цепи на достаточную длину, чтобы дотянуться до миски с духовной пищей - это многократное, долговременное повторение одних и тех же смысловых импульсов, смысловых форм, смысловых конструктов. Православие замечательно тем, что имеет многообразие этих самых импульсов, форм, конструктов. Православная аскетическая практика щадит наш мозг, как продвинутые тренеры в спорте щадят мышцы и связки спортсменов, зная, что нагрузка на опорно-двигательный аппарат должна быть гибкой, разнообразной, чередующейся с отдыхом. Поэтому в православном богослужений чтение Cвященного Писания разбавляется чтением гораздо менее интеллектуально и духовно концентрированных средневековых стихир, которые в свою очередь сменяются пением, а последнее - монотонным чтением предначинательных молитв.
Отдельный вопрос - это психический механизм действия этих повторений. Мне кажется, что таким образом происходит погашение внутреннего диалога,
  снижение внутренней деятельности самоотражающего, самолюбующегося "Я", которые (погашение и снижение), в свою очередь непременное условие диалога с Богом, а вернее, начало просто слышания Бога, Которого мы не слышим исключительно из-за непрестанного, сумасшедшего просто, истеричного, глупого, пошлого бубнения этого "Я". "Просто помолчать, подумать, сосредоточиться в тишине" не получится, если не укротить этот внутренний диалог, не распознать его суетность, пустоту, имитацию истинной жизни духа. 25 лет обыкновенной, не отшельнической, не аскетической жизни и практики - слишком малый срок, чтобы достигнуть состояния неложной внутренней тишины, мира, целостности, когда можно уже отменить упражнения, с помощью которых это состояние было достигнуто. Конечно, может о. Петр и за 25 лет достиг этого совершенства, но служба в Церкви правится не только и не столько для совершенных, а, главным образом, для только начинающих подозревать, что такое совершенство существует и к нему необходимо стремиться».
 

А вот


oy_kto_eto: (ну-ну)

Все, конечно, уже видели и триста пятьдесят каментов читали, но забираю к себе на память о событии (оно же и задумано как сувенир, вот пускай и будет).



Как кстати подвернулся этот Бутеноп случилась эта ошибка в русском и эта, хм, странность в ЦСЯ, без ударений и с иже осьмеричным  в одной упряжке с юсом малым в конце Варсонофия. Или это кагбэ тоже русский, а юс присобачен, чтоб «светским» в нос бросилось? Не знаю, спросить опасаюсь.

Как кстати, говорю, подвернулся этот Бутеноп, что если бы его не было?

Неужели, будь орфография в этом тексте безупречной, все признали бы культуру организации, наложившей лапу на Исаакиевский собор, соответствующей  каким-то, пусть минимальным, стандартам?

А дизайн этой шрифтовой композиции – он что, без ошибок на пятерочку? А рисунок шрифтов, всех трёх там использованных – это как, в русле высокой христианской культуры? Соотношение размеров строки и междустрочия – это что, не варварство? И вот эта пухлявая виньеточка с вензелёчком, с этой слипшейся литерой М – не гламур отвязный и пещерный?
И самый обычай оделять толпу на каждой торжественной акции бумажными иконочками - это не моветон безвкусный и махровый?

Орфографическую-то ошибку, даже такую постыдную, поправить (и больше не делать) проще простого. Но неужели в этом и состоит удовлетворение наших запросов и потолок наших упований? а на уровне более тонких культурных условностей духовных манифестаций можно считать, что всё в порядке, и собор (построенный, кстати, рымско-папистским еретиком, и украшенный тоже по большей части еретиками) попадает в хорошие руки?

oy_kto_eto: (естьженщиныврусскихселеньях)

Перечитывая милейшего, скромнейшего, чистосердечнейшего и совестливейшего В.В. Вересаева, вдруг сложила в галаве своей вместе два эпизода из разных его книг.


1. «Очень мне у Конопацких нравилась одна игра. Называлась: "Врёшеньки-врёшь". Каждый играющий был каким-нибудь цветом, - красным, зеленым, голубым. Один из играющих, - скажем, Люба, - заявлял, что зеленый цвет нехорош. Я - зеленый цвет - ей возражал:

   Врешеньки-врешь,  Любочка, врешь.  Мой цвет очень хорош, А нехорош голубой.

 Катя - голубой цвет - отвечала мне:

   Врешеньки-врешь, Витечка, врешь. Мой цвет очень хорош, А нехорош черный.

И так дальше... Очень приятная была игра. Приятно было из уст Любы слышать "ты" и "Витечка", приятно было говорить Кате: "Ты, Катечка, врешь". Я в восторге пришел домой, стал обучать игре братьев и сестер. Они с недоумением выслушали.

   - И больше ничего? Врешь, что мой цвет плох, только? Ну, очень скучно!

   - Да нет, вот давайте, попробуем! Увидите - ужасно интересно!

   Настоял. Стали играть. Но и самому было скучно говорить Мише "врешь" и от сестры Юли слышать "Витечка, ты". Совсем оказалась неинтересная игра. Как же я этого сразу не заметил? Очень я был сконфужен.»  

 

 

oy_kto_eto: (гертруда)
А теперь после плохих новостей хорошие.
Т.е. это я тут показываю после плохих хорошие, а на самом деле было наоборот - крипту закончили в 1934, а базилику - в середине 50-х.



На месте я не управилась добиться, кто ее делал, в Вики же ничего не нашлось (про Базилику всё, ага, а про крипту ничего), но ясно как день, что это тот же иконописец и/или та же команда, что и наша Капелла Святой Крови в Брюгге (про них тоже не удалось ничего добиться), и ещё я видела явно тех же кистей одну капеллу в Глостерском соборе, и опять неизвестно кто.

Между тем мне очень нравится этот легендарный международный Андрейрублев.спуститься в крипту )

oy_kto_eto: (естьженщиныврусскихселеньях)

(Я уже про него год назад писала, и с собственноручно снятой картинкой, но там не всем видно).

Попалось жалисное в ленте -

 

«Во время отпевания начался дождь. Все раскрыли зонты, над гробом также держат зонтик. И лишь поп машет кадилом под проливным дождем. Ни у кого в голову не приходит мысль встать под козырек у подъезда а свой зонт дать священнослужителю.»


И в каментах только одна догадалась, что это люди не от свинства своего, а просто постеснялись профанировать зонтиком священный обряд и носителя священного сана.

Их же так воспитали, что человек для субботы. Что в храме нет места этому, как его, человекоугодничеству. Что скамейки для немощных, или гардероб для пришедших с мороза и затем выходящих на мороз же, или свежий воздух для всякого рода головокруженцев – это человекоугодничество, а стоять два с половиной часа столбом не снимая шубы дыша угарным газом – это самая леригия и есть. Вообще чем вреднее для здоровья, тем больше леригии. И не только для телесного здоровья, но и для всех прочих чувств чем напряженнее, тем спасительнее. А где здоровью и прочим чувствам не устраивают постоянных испытаний на толстокожесть и отлитость из вороненой стали, там притон гнилой интеллигенции и криптокатоликов.

И какой после этого может быть зонтик.

Или (несколько лет назад было, но я запомнила) в другом журнале батюшка жалился на неаккуратных прихожан, которые заставляли его ожидать-времятерять, да ещё и зря – не приходили на заказанную ими требу. Да кто же, какой злодей их так воспитал? Кто их научил, что в храме по определению время уступает место вечности, и поглядывающий на часы есть сын погибельный? Что не только службы чем длиннее и неопустительнее, тем прекраснее (кстати, по данным разведки в одной православной семинарии воспитанников наказывают обязательным посещением вечерних богослужений), но и проповеди любой продолжительности тоже щитаюцца за непотерянное время, и очередь на исповедь любой длины тоже однозначно во спасенье, и если ее, ту очередь, просто распустят (приходите завтра всё сначала), или всё собрание после литургии, но ДО выноса Чаши топчется и ждет нескольких не спеша исповедующихся красавцев – тоже нечего тут нам считаться, это храм, детка, забудь, где ты – на небе или на земле. Да за что ни возьмись в православной среде – никакие человекочасы ни во что не ставятся, никакой низкий КПД никого не смущает. У тебя только 24 часа в сутки? – так это суетность или многосуетность. У тебя какие-то личные планы? – а нефиг, чел предполагает, а Бог располагает. Ты умеешь быстрее и лучше? – всё это прах и суета. И только  стяжание терпения и сокрушения – это стопудово бесспорный драгбисер. Только так, нас учили только так.

Где учили иначе – там опять же гнездо криптокатоликов.

И воттенате – батюшка жалится, что его ждать заставили. Или что зонтика не дали. Ну или ещё как-то иначе (вариантов может быть тыща) наплевательски отнеслись к его здоровью, времени, нервам, чувствам.

Да мы иначе уже не можем, бачка.

Мы крепко индоктринированы на отсечение всякого человекоугодничества. Мы пришли в храм символизировать святых, ничто не должно отвлекать нас от этого спасительного занятия. Можем ли мы думать, что наш предстоятель не радуется всякой лишней оказии потерпеть, пострадать, всласть побороться невидимой бранью со своими животными инстинктами, понеосуждать и попрощать?

Жалисная невыдача зонтика – это только цветочки. Т.е. живительную возможность потерпеть, пострадать и понеосуждать пасомые предоставили пастырю только пассивно. И случайно.

А ведь (вот зажмуримся и представим на миг) теоретически прихожане могут быть и активными на этой богатой ниве. Активными и принципиальными.

oy_kto_eto: (естьженщиныврусскихселеньях)

Маруся только что прочла из классика, там вверху слева отмечено, -


Искусство великих стилистических эпох полностью выражает человека именно потому, что в эти эпохи он не занят исключительно собою, не оглядывается ежеминутно на себя, обращен, если не к Творцу, то к творению, в несказанном его единстве, не к себе, а к тому высшему, чем он жив и что в нем живет. Всё только человеческое – ниже человека. В том искусстве нет и человека, где хочет быть только человек.

А в том искусстве, где «хочет быть» ( т.е. кто-то, вы все знаете кто, решил, что хочет быть) – только Бог, как бы без человека? Выше оно или ниже?

oy_kto_eto: (ну-ну)

Есть какая-то дремучая, основная гниль и пошлость в приравнивании потребительских радостей к радостям личностного самоосуществления. Мол, этот тащится от автомобилей, или мебели, или путешествий, или тряпок, а тот от вокала, благотворительности или боевых искусств – а что, те и эти равно вкладываются и равно тащатся, просто у каждого свой вкус, кому арбуз, а кому свиной хрящик.

Врешь, подлец.

 

oy_kto_eto: (стейнленкошка)

Перечитываю книгу-гору про отверженных, раз в сорок лет её стОит перечитывать.
Последней каплей, толкнувшей меня зайти в букинист и взять себе эти три тома за пять евро, был разговор с франкофонной инокиней старше меня на поколение, т.е. учившейся ещё под прежним режимом в монолингвистической школе. – Что, - говорю, - а правду люди бают, что в ваши времена Гюго считался антицерковным писателем? Инокиня покраснела и призналась, что вообще не читала этого классика.

 

Перечитывание – просто восторг. Не с детства памятный сюжет, конечно, а всякие культурные междустрок.

Например. Об одной инокине (контекст там документальный, с цифрами и адресами).  

"Она хранила у себя в шкафу под ключом какой-то таинственный предмет, которым очень дорожила. Устав аббатства Фонтевро не воспрещал этого. Она никому не хотела его показывать. Она запиралась у себя, – что также не было воспрещено уставом, – когда ей хотелось тайком полюбоваться этим предметом. Как только раздавались чьи-нибудь шаги в коридоре, она запирала шкаф с поспешностью, на какую только были способны ее дряхлые руки. Стоило кому-нибудь заговорить с ней об этом, и она, обычно болтливая, тотчас же умолкала. Самые любопытные не в силах были сломить ее упорство, самые настойчивые отступали перед ним. Разумеется, это давало пищу для пересудов праздным или скучающим обитательницам монастыря. Что же это был за предмет, столь драгоценный и столь таинственный, – предмет, являвшийся сокровищем столетней старухи? Быть может, священная книга? Редкостные четки? Чудотворные мощи? Все терялись в догадках. Когда бедная старушка умерла, монахини бросились к шкафу, пожалуй, быстрее, чем это дозволяло приличие, и отперли его.

и что? )

 

oy_kto_eto: (ну-ну)

Наконец-то, со второго нито третьего забега, одолела мемуары игумении Таисии Солоповой.
Вместо чтоб объяснять, почему с трудом читалось, просто поделюсь характерными пассажами оттуда.

1. Вот героиня при выпуске из института собирается в монастырь. Видела сон и приняла решение. Но не уверена, что обрадует маменьку выбором пути.

«Тем не менее, я решилась, с помощью Божией, понемногу подготовлять мать мою к предстоявшей ей со мной разлуке, как можно ласковее, постепенно ознакомляя ее с моим настроением души. На следующий же раз, когда она приехала ко мне, согласно своему намерению с портнихой, во время мерения и совещаний о платьях, я как бы к слову решилась ей сказать: "Мамочка, не делайте мне много платьев, думаю, они мне не понадобятся." — "Что это за странность, — возразила она, — в чем же ты будешь ходить?" — "Мамочка дорогая, — отвечала я, — не гневайтесь на меня; но я не могу не чувствовать, что не в состоянии буду жить в свете, я стремлюсь давно, и всей душой стремлюсь в монастырь." Мать моя, пораженная такой неожиданной новостью, как будто совсем смешалась, однако, овладев собой, строго произнесла: "Ну, мы это еще увидим, а пока, если ты не хочешь раньше времени меня уложить в гроб, не повторяй мне никогда этих слов."»

Мне это напомнило шахтерский, мм, анегдот, слышанный в детстве.
 – Стойте, надо Феську подготовить, - говорит бригадир, сопровождающий останки раздавленного в шахте товарища к нему на дом. И колотит кулаком в окошко хатки.  – Гей, вдова Петренка здесь живет?  Хлопци, заносите.

 

 

oy_kto_eto: (ну-ну)

Вынесу сюда ответ на коммент из этой ветки , ибо он (коммент) потрясающе откровенен и достопримечателен:

«Дело в том, что об описанных в книге людях я много знаю из других источников и поэтому знаю, что это замечательные люди, о которых стоит рассказывать. Но проблема в том, что, во всяком случае у нас в России, жизнеописания православных подвижников и их труды и письма читает исключительно церковная аудитория. А книга о. Тихона - это (к сожалению) единственная книга подобного содержания, которая реально была прочитана множеством нецерковных людей. И дело тут не в пиаре и не в раскрутке, а в том, что ему действительно удалось найти такую форму изложения, которая может быть воспринята нецерковными людьми. К сожалению, это так. Эту книга оказалась доступной даже для тех людей в России которые о Церкви судят в основном по разоблачительным статьям в "Московском Комсомольце" - я сам видел примеры.
На Западе, скорее всего, ситуация другая и возможно перевод и продвижение этой книги туда действительно был ошибкой. В тамошней массовой культуре эта книга наверное не приживется, на Западе Православием интересуются в основном серьезные образованные люди, для которых это все действительно будет попса и муть махровая. Нужно действительно переводить серьезные книги, которые там будут нужны.»

Отвечено:

Вообще-то ещё св. Иоанн Дамаскин совершенно отчетливо «озвучил», что дрянная книга о хороших вещах – это дрянная книга, точка.  Если нужна цитата (она длинная), спрашивайте.
Т.е. тот факт, что дрянная книга, "к сожалению, единственная", рассказывает о таком хорошем монастыре – это не плюсик книге, а минус на плюс дает минус, и книга – дрянная, точка.

«удалось найти такую форму изложения, которая может быть воспринята нецерковными людьми» , и там выше ещё было «Понятно, что книга эта сделана намеренно очень легкой, это конечно, не "твердая пища", а "молоко"»   да с какой стати вдруг считать нецерковных людей каким-то особенным племенем, по определению нетребовательным  по части логики, нравственности и вкуса? И как быть с тем, что эти ужасные нецерковные часто и с удовольствием пользуются аббревиатурой «ПГМ»?  подразумевая под нею как раз нетребовательность именно церковных людей по части логики, нравственности и вкуса?

Но самое любопытное – последний пассаж, который про Запад. В сущности, Вы сейчас сказали следующее:

«что для РПЦ и для внешних-сочувствующих-РПЦ есть духовное молоко – то для христиан Запада всего лишь протухшая  кока-кола».

Звучит очень жестко и непатриотично, конечно. Но таки похоже на правду, я согласна.

Я одного не понимаю – почему из этого (ДАЖЕ ИЗ ЭТОГО!!) всё же следует, что писанина архимандрита хороша.

oy_kto_eto: (котизГуббио)


(картинка про Муфтия просто для привлечения внимания)

Прошу прощения, уже раз,  два, третий пост подряд про то же самое. Такая уж это книга, коготок у меня слегка в ней увяз.

Тут будет всего про один рассказ, из всей книги более всего меня, скажем так, накрывший. Потому что в этом рассказе, как

 

oy_kto_eto: (ну-ну)

Многие рассказы из книги меня сильно поразили, но комментировать их нет сил.
И я подумала – а лучше я этим байкам концовки другие приделаю. Это же патериковые рассказы, так? Сталбыть, отчасти фольклор. Фольклор пишется всенародно.  Поэтому вот нам три рассказа с новыми концовками. Концовки – болдом.

№1

Как-то поздней осенью

oy_kto_eto: (подозреваю худшее)

Д. К. Д.К.Зеленин  в своей статье о строительных жертвах (они же закладные, они же фундаментные),  среди бесчисленных  подобных же рассказов от этнографов всех частей света, приводит Нижне-Новгородское сказание, связанное с закладкой тамошнего Кремля. В XVI, на минуточку, веке.

 «...жертвою жестокого обычая оказалась Алена, молодая жена местного купца Григория Лопаты. Она в злополучный день как раз проспала утром, спешила принесть воды и возвращалась с ведрами воды на коромысле не кружною дорогою, огибая городскую стену, а более коротким путем - тропинкой по склону горы. В стороне от тропинки, около городской стены, она увидела яму - «словно могила», и из любопытства подошла к этой яме. Строители тотчас же окружили ее здесь, попросив для вида напоить их водой. Молодицу крепко привязали к доске и спустили в вырытую яму. Вместе с нею зарыли коромысло и ведра: обычай требовал положить с жертвою все то, что при ней имелось. Рабочие отказались зарывать несчастную, но главный мастер выполнил это сам».

 Не так важно, насколько достоверен именно этот рассказ (есть сотни других вполне достоверных, и со скелетиками, найденными на положенных местах). Тут что

 

oy_kto_eto: (софонисба)

Вот тут


и тут


совершенно разные мужики поют одну и ту же песню о своей тяжкой доле. На разных языках. И с разным текстом, натурально.

Запись, где более православный разборчивый текст (а мужиков, напротив, не разглядеть) – я впервые услышала. И полдня мяукала эту песнь с ощущением, что уже давно ее знаю.

Но только утром поняла,

oy_kto_eto: (ну-ну)

Вчера я постила о докторе Гаазе, который, даром что немец, совершенно православно видел в скверной картинке – образ, а не «богословие».

А с утра у меня всплыл в памяти противоположный пример из современной жизни.

Ну не то чтоб по всем пунктам противоположный, один пункт – общий: и там, и здесь – порнушка.



(апдейт: уважив просьбу двух уже комментаторов, убираю под кат большую картинку, заменив ее маленькой).
необыкновенно красиво и крупно )



Но там порнушка была прицеплена к языческой богиньке Венере,  а здесь она предлагается «как бы» вне всякого богословия. Авторская художественная кукла – где, где тут богословие? Это «просто искусство».

 

 

oy_kto_eto: (естьженщиныврусскихселеньях)

Френд запостил из Н.Е. Пестова:

"...все скверные, безнравственные изображения, изображения темной силы будут также вводить душу в соприкосновение с нечистотой. Их нельзя даже хранить; христианин должен уничтожать такие изображения. Этим он будет сохранять от скверны все те души, которые когда-либо могут посмотреть на них. Не в нашей силе уничтожить скверну имен, но скверные изображения мы уничтожать в силах и обязаны это делать. Этим мы также будем служить Господу, как некогда служили те ревнители по Богу, которые ниспровергали идолов и разрушали языческие капища. Так поступал, например, подвижник милосердия доктор Гааз. Однажды он долго скапливал большую сумму денег только для того, чтобы купить одну безнравственную картину; купив ее, он тотчас же ее уничтожил как исполненную скверны и ведущую ко греху."  

(дело было так: "Скажите, Федор Петрович, а правда, что вы у себя в печке картину сожгли, языческую богиню Венус аутодафе предали? - Правда, мой друг. Но вовсе не в язычестве суть дела. Это была непристойная картина. Весьма непристойная. Грязное изображение плотских грехов. Один молодой купец владел этой картиной. И показывал ее тайком своим гостям. Эта картина у него за особой занавеской висела. Я его лечил. Он меня любил. Я очень просил продать мне эта картина. Он продал. Хорошие деньги взял. И тогда я у себя сжигал эта очень плохая, безнравственная картина.")

Тут что любопытно. Казалось бы, для христианина должно быть уже достаточно того факта, что на картинке была представлена языческая богиня. Чего уж хуже? Ан нет! Праведник Гааз уничтожил вовсе не языческую икону, а непристойное изображение. Он считает нужным подчеркнуть, что причиной «вандал-акции» вовсе не было языческое, противное христианину богословие-в-образе  (заметьте – он даже находит нужным отрицать это! он не говорит – «но и не только», но ясно высказывается – «не в язычестве суть дела»)!

Т.е. ему отвратительны были именно стилистика и нравственный аспект картинки. Ему совершенно наплевать было на то, что эта (надо полагать, весьма «подобно» написанная) распущенная баба в непристойной позе называлась именем бесовки Афродиты. Его гнев и даже агрессию вызвало именно изображение распущенной бабы в непристойной позе как таковое.

Вот нам, братья и сестры, эталонное отношение чистого сердцем человека к любой и всякой картинке. Фото и видео сюда же. Да и всё визуальное вообще.

Образ надо видеть в первую очередь. Образ!!!

А не «служанку богословия».

oy_kto_eto: (естьженщиныврусскихселеньях)

Как-то на заре ЖЖ-шечки я постила об инициации через красоту, о фантастических (Оруэлл, Брэдбери и пр.) ситуациях,  когда взрослый человек, член тоталитарного общества, вдруг необратимо осознает себя личностью. Открыл случайно книгу, увидел случайно уцелевшую от незапамятного (неисправленного) прошлого красивую вещицу – и всё, начинается другая жизнь.

В реальной, нефантастической и неантиутопической жизни сейчас такого не бывает, т.е. со взрослыми не бывает.  Все проходят эту инициацию в детстве, обычно так рано, что даже не помнят, как оно было, когда им впервые просиял знак, картинка или слово, за которыми открывалась иная жизнь. Я так уж точно не помню. Будто родилась с этим.

Но я про другую инициацию, через которую проходят позже – и, кажется, даже не все. Инициацию через безобразие. Когда вдруг (опять это вдруг) ослепительно ясным становится, что текст или картинка (которые до тех пор пленяли самим фактом своей знаковости, самим вот этим фокусом быть не просто набором пятен или звуков, а ещё чем-то!) - что вот этот конкретный текст или картинка могут быть говнищем. Тут тоже ведь происходит некая вспышка, отверзание глаз, момент истины, и затем всю оставшуюся жизнь, сознательно или бессознательно, активно или лениво, выстраиваешь и   уточняешь иерархию.

Пытаюсь вспомнить, когда и как оно было со мной? Про живопись было довольно просто и не очень интересно, годов в одиннадцать, с началом профобразования – началось с суждения о продукции соседей и товарищей по кисточке. Ну и через это – о продукции профессионалов, а затем, постепенно, и до классиков дошло.

А с литературой я, кажется, помню это свое второе отверзание глаз. Это было примерно в том же возрасте, одиннадцать-двенадцать лет, и это был писатель Александр Беляев.

А у вас как?

Вопрос, конечно, только к тем, кто прошел эту, вторую инициацию.  

Profile

oy_kto_eto: (Default)
oy_kto_eto

September 2017

S M T W T F S
     1 2
3 456 7 8 9
10 111213 1415 16
17 18 19202122 23
24252627282930

Syndicate

RSS Atom

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Sep. 24th, 2017 07:21 pm
Powered by Dreamwidth Studios